Константин Ремчуков: Гипотеза Набиуллиной не находит подтверждения в многоукладной экономике России
Константин Ремчуков: Китай ввел меры против экстерриториальной юрисдикции других стран для защиты от санкций
Трансарктический коридор определит развитие многих регионов страны
Украина готовит асимметричный ответ на наступление Москвы
Церковный дипломат лишен сана
Из Молдавии бегут как из зоны отчуждения
Душанбе удачно балансирует между Пекином и Москвой
ХАМАС черпает силу из кризиса в Персидском заливе
Лидеры конкурирующих кланов "Талибана" решили показать единство
Трампу не избежать спора с Китаем о Тайване
Ушел в отставку "строитель золотого флота" США
Чешские государственные медиа угрожают правительству забастовкой
Страсти – на юбилей
Актуальный разговор о 90-летнем спектакле
На супертурнире Chess.com Open будут играть с двойным нокаутом
Запретный плод не всегда сладок
Книга недели - "Москва вокзальная: Прогулки по столичным вокзалам"
Не выпить ли водочки
Жизнь в паузах
14.09.2006
В 1992 году на улицах Москвы тысячные толпы скандировали: «Са-вецкий Са-юз!» Несколькими годами позже президент независимой Украины г-н Кучма обронил историческую фразу: «Кто не жалеет о распаде СССР – у того нет сердца, кто желает восстановления СССР – у того нет головы». Он оказался прав.
Суть большинства политологических изысканий – взвешивание думских раскладов и процеживание горячих политических сплетен. История и историософия для политологов – не более чем девушки по вызову, обязанные выполнять все, даже извращенные прихоти клиента. Политологи напрасно забыли завет Ульянова-Ленина: тот, кто берется решать частные вопросы, не решив предварительно общие, будет на каждом шагу натыкаться на эти самые нерешенные общие вопросы.
22.06.2006
Словосочетание «немецкий кинематограф» в наши дни звучит как неожиданность. Не все знают, что такой вообще есть. А в свое время (особенно в 1920 – начале 1930-х годов) немецкий киноэкспрессионизм и киноавангардизм едва ли не первыми в мире показали, на что способен «великий немой».
Советский режим, ни в коем случае не бывший зеркальным отражением германского нацизма (о чем в запале любили потолковать перестроечные публицисты 1980-х), тем не менее опровергнул гипотезу и проявил-таки эстетическую состоятельность. Не сразу, конечно. Если пустить в ход арифметику и подсчитать, что набралось на дне советской эстетической копилки к 1929 году (то есть через те же 12 лет), то там найдется не так уж много.
Канадцу Жилю Куртманшу не пришлось выдумывать сюжет. Он просто освежил в памяти читателей события, имевшие место в Руанде в 1993–1994 гг. Те события хоть и подзабылись после Югославии, «самолетной атаки» и Ирака, но все же удержали сомнительную репутацию крупнейшего геноцида конца ХХ века.
15.06.2006
Едва ли имеет смысл точно вычислять, что перед нами – магический реализм, закритический натурализм или психоделический кретинизм. Латиноамериканские интеллектуалы давно уже не тащатся в хвосте европейской литературной традиции, во многих случаях сами задают тон, а уж Алехандро Ходоровского в неумелости не заподозришь.
