Константин Ремчуков: Гипотеза Набиуллиной не находит подтверждения в многоукладной экономике России
Константин Ремчуков: Китай ввел меры против экстерриториальной юрисдикции других стран для защиты от санкций
Трансарктический коридор определит развитие многих регионов страны
Украина готовит асимметричный ответ на наступление Москвы
Церковный дипломат лишен сана
Из Молдавии бегут как из зоны отчуждения
Душанбе удачно балансирует между Пекином и Москвой
ХАМАС черпает силу из кризиса в Персидском заливе
Лидеры конкурирующих кланов "Талибана" решили показать единство
Трампу не избежать спора с Китаем о Тайване
Ушел в отставку "строитель золотого флота" США
Чешские государственные медиа угрожают правительству забастовкой
Страсти – на юбилей
Актуальный разговор о 90-летнем спектакле
На супертурнире Chess.com Open будут играть с двойным нокаутом
Запретный плод не всегда сладок
Книга недели - "Москва вокзальная: Прогулки по столичным вокзалам"
Не выпить ли водочки
Жизнь в паузах
02.12.2004
Настоящий, некалендарный XXI век начался 11 сентября 2001 года. И дело не в гибели безвинных людей - на это и предыдущие эпохи были щедры, а в том, что эту гибель смотрел в прямом эфире весь мир. Терроризм и СМИ - неплохая тема для будущих диссертаций, когда все это закончится. Хазлингер написал роман, когда все это только начиналось.
11.11.2004
Как и Павич, Гольдштейн располагает повествование в иудейско-мусульманско-христианских координатах. Только вместо Константинополя у него Баку, вместо Нови-Сада - Сергиев Посад, вместо Хазарии - Палестина. Среди героев - православные священники и дервиши-суфии, дельцы времен нэпа и даже гладиаторы, тоже времен нэпа (sic!), горцы-даглинцы, поклоняющиеся красоте, трагедии и смерти (уж не Мисима ли повлиял?) и застойные советские граждане.
14.10.2004
Книга Аннинского - это попытка примирить две антагонистические русские литературы - модернистскую и советскую. Попытка если не поставить между ними знак равенства, то хотя бы расположить их на общей почве. Этим объясняется удивительная эстетическая терпимость критика: он на равных принимает как одиозного пролетарского пиита, так и изысканного салонного провидца. Ну, где еще вы встретите под одной обложкой, например, Ходасевича и Суркова? Они даже в хрестоматиях не уживаются, а здесь безропотно соседствуют.