Константин Ремчуков: Гипотеза Набиуллиной не находит подтверждения в многоукладной экономике России
Константин Ремчуков: Китай ввел меры против экстерриториальной юрисдикции других стран для защиты от санкций
Трансарктический коридор определит развитие многих регионов страны
Украина готовит асимметричный ответ на наступление Москвы
Церковный дипломат лишен сана
Из Молдавии бегут как из зоны отчуждения
Душанбе удачно балансирует между Пекином и Москвой
ХАМАС черпает силу из кризиса в Персидском заливе
Лидеры конкурирующих кланов "Талибана" решили показать единство
Трампу не избежать спора с Китаем о Тайване
Ушел в отставку "строитель золотого флота" США
Чешские государственные медиа угрожают правительству забастовкой
Страсти – на юбилей
Актуальный разговор о 90-летнем спектакле
На супертурнире Chess.com Open будут играть с двойным нокаутом
Запретный плод не всегда сладок
Книга недели - "Москва вокзальная: Прогулки по столичным вокзалам"
Не выпить ли водочки
Жизнь в паузах
09.11.2006
Ровный, как стол, ландшафт «нашей новой литературы» превращает двадцативосьмилетнюю Ирину Мамаеву в титана, в глыбу. Других таких нет. И щедро авансированный Роман Сенчин, и собравший внушительную коллекцию премиального серебра Захар Прилепин, и честолюбивый Сергей Шаргунов могут расслабиться. До Мамаевой им – как до луны пешком.
Зайца можно научить курить, а человека – писать. Получается выдувать дым – вот и молодец. «Хорошая проза». Когда-то говорили – «произведение». Потом стали говорить – «текст». Теперь – «проза». Произведение – это поступок. Текст – вещь. Проза – способ.
Достоевского положено любить, не читая. Слишком неудобный писатель. Слишком не то писал. Отменить бы его вообще – да нельзя: Европа глупая официально признала. Вот «интерпретаторы» и стараются. Очень, говорят, сложный писатель. Очень философский. Невозможно понять.
02.11.2006
Особого отношения к истине вся эта борьба с цензурой не имела, поскольку «канонического» текста романа никогда не существовало – он просто не был дописан. Булгаков работал над «романом о дьяволе» десять лет. Было создано не менее трех вариантов, два из которых сожжены. Текст, который мы читаем сегодня, – плод редакторских усилий последней жены писателя.
12.10.2006
Собак морят голодом, чтобы они хорошо охотились. «Блондинок» – чтобы хорошо выходили замуж. А писателей, (чтобы они хорошо писали), ругают. Поэтому у хорошего писателя всегда много врагов. А у плохого – друзей.
В фантастической литературе есть такой благодатный жанр – «постапокалиптика». Цивилизация погибает, а человек остается. Кем он окажется наедине с собой – без Гринуэя и Петросяна, без банкомата и райсобеса? Увы, современная фантастика отвечает на этот вопрос по большей части неутешительно: да никем.
