Андрей Хрипин НЕМЕЦКИЙ культурный центр продолжил фестиваль к 250-летию со дня смерти Баха - всемирно известный немецкий тенор, оперный и камерный певец, а в последнее время и дирижер Петер Шрайер представил в Большом зале консерватории "Страсти по Иоанну". В исполнении приняли участие инструментальный ансамбль старинной музыки The Pocket Symphony под управлением Назара Кожухаря и лейпцигский камерный хор Favorit-und-Kapell-Chor. Музыкальное изложение евангельского рассказа о распятии и смерти Христа Johannespassion были написаны Бахом еще в Кетене, но впервые прозвучали в 1723 году уже в Лейпциге, куда композитор переехал на место кантора церкви Св. Фомы. Бах никогда не обращался к жанру оперы - драматические конфликты он успешно выражал с помощью пассионов. "Страсти" по Иоанну и Матфею - две уцелевшие работы Баха в жанре пассионов (авторство "Страстей по Луке" спорно, "Страсти по Марку" не сохранились, и, кстати, тот же Шрайер недавно предпринял попытку их реконструкции).
В интернациональном исполнении не ставилось каких-либо аутентичных задач. Привлекала прежде всего точная и стильная работа хора, который показал себя дружной командой, состоящей из равноправных солистов с сильными, но сливающимися в удивительно стройный ансамбль голосами. Небольшой по количеству участников состав сумел без труда достичь на удивление мощного и возвышенного звучания. Оркестровая сборная продемонстрировала настойчивое стремление отечественных музыкантов нового поколения овладеть искусством барочного звука - пока еще звучит не идеально, но ухо не режет. Петер Шрайер с редким артистизмом выполнял работу за двоих - дирижировал и пел партию Евангелиста, ведущего в речитативах повествование о муках Христа. Его высочайший культурный уровень, образованность, энтузиазм и, скажем прямо, некое осознанное миссионерство не могут не вызывать глубокого уважения. Что касается вокальной формы, то это тоже было на достойном уровне (во всяком случае у нас уж точно т а к никто не споет баховский речитатив), однако многие еще помнят и Шрайера минувших лет на пике его вокальной карьеры. Остальные сольные партии вели солисты дрезденского "Кройц-хора", и это оказалось самым слабым местом проекта. Особенно тяжело было выслушивать фальшивую интонацию Ульрике Штауде в проникновенных ариях сопрано, лучше других выглядел второй тенор Маркус Ульман, в распоряжении которого была самая красивая ария со словами о "чудеснейшей радуге - знамении Божией милости". В целом нынешние шрайеровские "Страсти" вышли суховатыми и умеренными и наверняка многих тревожил вопрос "А был ли катарсис?".
