Юлиана Головченко В галерее «Риджина» открылась выставка Павла Пепперштейна «Гипноз». Хотя по накалу страстей скорее не художественная экспозиция, а презентация короткометражного фильма с таким же названием. С какой стороны ни иллюстрируй его в печати, все равно получается демонстрация эротики.
Для сеанса физиологической магии Пепперштейн взял шесть девичьих физиономий и столько же мужских достоинств – более на экране ничего не видать. Кто кого переглядит – первая девушка бесстыдно строит органу глазки, улыбается и разве что не подмигивает. Орган же, по замыслу автора, должен под гипнозом взгляда оптимистически менять положение. На самом деле почти все испытуемые мужчины «зависают» в горизонтально-наклонном положении, и нет у них, несмотря на сосредоточенные конвульсии, прогресса ни в ту, ни в иную вертикаль.
Девушки тоже стараются «смотреть» как следует. Лицо одной передало все закадровые наставления режиссера, потому как в течение отведенных... скольких минут она делает «страшные» глаза – как еще попросту передать силу гипноза? Все полчаса смотреть на черно-белую одинаковость, хоть и озвученную Бахом, утомительно и тянет к живописному творчеству. Это – иллюстрации к фильму. Акварели диалогов женских профилей и красной звезды, тех же – и свастики, и звезды Давида, головы слона, просто фаллического объекта.
Художник и писатель Пепперштейн, один из авторов многолетней худгруппы «Инспекция «Медицинская герменевтика», стал более известен массам после книги «Мифогенная любовь каст». «Гипноз» – его первый фильм, на съемку которого ушел целый месяц. Несмотря на общую тенденцию молодежи к внешней инфантильности, одна из девушек выглядит уж подозрительно юно. Пепперштейн же утверждает, что все актрисы достигли совершеннолетия, после чего уточняет, когда оный наступает, и снова кивает головой. Не менее подозрительно выглядит крупный план на фоне такой же голой стены – может, не девичий гипноз действует, а не попавшая в кадр видео-, аудиопечатная продукция соответствующего «гипнотического» воздействия? Нет, художники – они на то и художники, чтоб за чистоту эксперимента стоять.
