Саша Гальпер Саша Гальпер, поэт,
Нью-Йорк:
Ну, русская классика, конечно, была впитана с детства. Термины «чеховские девушки» или «тургеневские дамы» или «замучил ты меня, Достоевский» я слышал еще до того, как их прочел. Но на самом деле классика повлияла на меня очень мало. К сожалению, мир с XIX века уж очень сильно изменился. Книга, которая изменила мое восприятие реальности, – это был Хармс, сборник стихов и рассказов, изданных в середине 90-х. К сожалению, я, простой киевский пацан из плохого района, об обэриутах ничего не знал, пока Константин Кузьминский в году 1995–1996 не начал меня в Нью-Йорке образовывать. Хармс захватил меня настолько, что я хотел о нем говорить со всеми и все время в течение месяца или двух. От меня стали шарахаться. Все элементы абсурда у меня оттуда. Второе впечатление – это Чарлз Буковски. «Почтовое отделение», «Женщины» и все остальное. Дело в том, что в Средние века образование могли себе позволить только богатые люди. И писали в принципе эти авторы о своем круге. В XX веке образование подешевело. Теперь могли читать, да и писать, кто угодно. И Буковски показал изнутри, что можно так написать о почтальоне или о любом другом служащем или даже простом алкаше подзаборным, что люди будут хохотать и плакать. С одной стороны, такое дно, а с другой – какой юмор, человеколюбие. Ну, еще, конечно, божественная поэма «Москва–Петушки», весь Бродский, философский Кавафи.
