Андрей Мартынов Татьяна Таирова-Яковлева. Мазепа. – М.: Молодая гвардия, 2007, 272 с.
При жизни он был лишен всех званий, прав собственности, заочно приговорен к смерти и предан анафеме. Сейчас для одних он национальный герой, для других беспринципный карьерист, предатель национальных интересов.
Книга петербургского историка Татьяны Таировой-Яковлевой посвящена биографии гетмана Ивана Степановича Мазепы (1639–1709). Политика и мецената. Талантливого полководца: в 1696 году именно Мазепа вместе с Петром I отвоевал у турок Азов. И Петр ценил его, сделав кавалером высшего ордена Российской империи – Андрея Первозванного. «Медленно, но неуклонно строил Мазепа свою Гетманщину – управляемую и стабильную, притягательную для деятелей искусства и культуры. Ему было уже шестьдесят лет, и он достиг того возраста, когда каждый человек подводит определенные итоги и гордится достигнутым».
Таирова-Яковлева указывает на юридическую несостоятельность обвинений Мазепы в измене во время Северной войны (1700–1721 годы). На раннем этапе союзных отношений между Киевом и Москвой (Переяславская Рада) Украина часто заключала договоры, враждебные России. Начало положил Богдан Хмельницкий, заключивший союз со Стокгольмом во время Русско-шведской войны. Но «чемпионом» стал атаман Иван Сирко, успевший раз двадцать послужить и России, и Польше, и Турции. Хотя ни один из них не подвергся репрессиям. Со стороны же России шло планомерное уничтожение украинской автономии, что противоречило Переяславскому договору, так что предателем оказался скорее Петр. К моменту перехода на сторону шведов Мазепе была поставлена Москвой печальная задача – в соответствии с тактикой выжженной земли уничтожить запасы продовольствия и депортировать население Северской Украины, чтобы затруднить маневры неприятеля. Можно представить, что было бы с остальной частью Украины, пройдись по ней шведская армия, наряженная в мундиры банда во главе с Карлом XII. Мазепа же открыл фронт и спас страну от разорения.
Вместе с тем предложенная Таировой-Яковлевой концепция имеет минимум два слабых места. Во-первых, если русификация и ограничение украинской автономии были столь болезненными, почему Мазепа начал борьбу с Петром только во время Северной войны? Во-вторых, факт союза с противником не оправдан с точки зрения военного права.
Кроме того, автор корректирует историю описанных еще Пушкиным отношений Мазепы и генерального судьи Василия Кочубея. На самом деле интриги плел Кочубей, который судейской мантией покрывал мятежников вроде Петрика. Причина – желание занять место гетмана. Отсюда и несогласие выдать за него свою дочь Мотрю, искренне любившую Мазепу. Впрочем, единственный донос на генерального судью гетман все-таки отправил и тем погубил Кочубея. Так что ситуация, описанная в «Полтаве», имела место, и поэт, как всегда, оказался прав. Ай да Пушкин!
