Опрос подготовила Алексей Митрофанов, зампредседателя ЛДПР
Я не думаю, что речь идет о целенаправленной кампании по свертыванию прав и свобод. Разработчики этих идей хотят создать более комфортную ситуацию для власти. У нынешней власти нет никаких идей – ни патриотических, ни либеральных. Ничего драконовского в нынешней власти нет – она травоядная на самом деле. Просто эпоху революционных изменений всегда сменяет период бюрократической успокоенности. Эта система всегда проживает какое-то время, как человек, а потом разваливается. Но, для того чтобы режим полностью сгнил, нужно время. Потом будет новая власть, новая концепция, которая пройдет такой же круг: сначала революционный пафос, потом бюрократизация и – гибель.
Ирина Хакамада, экс-лидер СПС
Речь идет о целенаправленных действиях по свертыванию прав гражданского общества в области критики власти. Вначале появились регулируемые выборы, регулируемые кандидаты в президенты, регулируемые суды. Теперь власти регулируют гражданское общество. Такой шаг со стороны власти неоправдан – с точки зрения стратегии. Потому что в конечном счете российская бюрократия при ее укреплении лучше не становится. Выход только в консолидации независимых сил – чтобы они перестали выяснять отношения друг с другом. И главное: не надо хоронить демократию для России. Сейчас многие начинают это делать, даже те, кто за нее боролись.
Борис Немцов, член СПС и Комитета «2008: свободный выбор»
Это не начало, а продолжение политики Путина по упразднению народовластия и демократии в нашей стране. А также прямой вызов конституционным правам граждан. Вот и все. И я удивляюсь, почему Путин и его партия так трусливо действуют: никто им не угрожает, а они на всякий случай пытаются застраховаться. Это не от большого ума делается. Но кончится все печально. Понимаете, следовать по стопам Туркмен-баши, Каримова, Назарбаева и Лукашенко – совсем не то, чего достойна Россия.
Глеб Павловский, директор Фонда эффективной политики
Я уверен – не существовало ни либерального, ни антилиберального запроса на немедленное обновление этого закона. С одной стороны, он отменяет обязательность предварительного запроса регистрации на митинг, а с другой – содержит нелепые ограничения по характеру проведения пикетов. Это отражает полное непонимание ею мотивации поведения людей. Я был в первой группе, которая в 1987 году официально просила право на проведение митинга, и хорошо помню, как мы радовались отказу. Лучшего представления, чем драка с полицией, просто нельзя представить. И меньше всего может претендовать на ограничения пикетов Госдума: во всех странах парламент является признанным местом для проведения пикетов и митингов.
Георгий Боос, вице-спикер Госдумы
Если власть начинает бояться услышать иное мнение, кроме собственного, то она обречена. Когда она перестанет быть властью – вопрос времени. Сначала она закрывается забором от своего народа, а потом выставляет штыки. Сегодня, к счастью, президент не производит впечатления представителя такой власти, мои товарищи по партии – тоже. Я думаю, разработчики закона имели в виду другое, но получилось по Черномырдину: хотели как лучше┘ Хорошо, что люди обратили внимание на этот аспект законопроекта, сужающего права граждан. Однако хочу напомнить: у граждан есть гораздо более существенный рычаг давления на власть, нежели пикеты и демонстрации. Раз в 4 года они себе ее выбирают.
