Там, где начинается Арктика и круглосуточно кричат чайки

Мощь Северной Двины и чайки, которые как будто все время куда-то зовут. Этим Архангельск запоминается в первую очередь.  Фото автора

Первая встречает сразу после прилета – на выходе из аэропорта Талаги имени писателя Ф.А. Абрамова. Вторая вырастает огромными буквами в песках на набережной мощной Северной Двины, без посещения которой не обходится ни одно туристическое знакомство с городом, причем в любую погоду, при любых аномально низких даже для арктического белого июня температурах.

Третья фраза будет сопровождать в ремесленных лавочках на полках с сувенирными тарелками и блюдцами, растиражировавшими на всю страну этот местный мем. Если вы приехали в Архангельск всего на три дня, то третий день как раз и будет посвящен поискам пряничных и мармеладных гостинцев, чаев с северными ягодами, кремов на основе целительной ламинарии (локального, что важно, производства), щепных птиц счастья, архангельских тряпичных ангелочков и вручную сделанных керамических уникальностей.

Возможно ли влюбиться в Архангельск за три случайно выпавших на путешествие дня? Безусловно, особенно если рядом будут правильные сопровождающие. Правильные – которые знают каждую уютную деталь этого щедрого города.

А город и правда очень щедрый. Например, на угощения, гастрономические диковинки, как старинные, так и современностью привнесенные. Треска или оленина многообразных способов приготовления. Сногсшибательные борщи с черным хлебом вприкуску, накрытым прозрачными лепестками сала. Калитки с крупой, картошкой или ягодами, сразу же получившие среди моих попутчиков шуточное окказиональное название – «заборчики». Душистая настойка на морошке или сладкие блинчики с вареньем из этой же дикой рыжей ягоды – кому что ближе, хотя можно и то, и другое. Клюквенно-брусничное мороженое в шоколадной глазури – никакое «Баунти» с таким не сравнится. Расписные пряники-козули – и всласть поесть, и на удачу сохранить.

Но особый шик – это кофе по-мезенски (кофе, заваренный в самоваре с добавлением множества специй и, самое главное, соли) в сочетании с поморским черным пряником, испеченным по секретному рецепту, хотя кое-что в нем не скрыть – главные акценты: пережженный сахар, корицу и гвоздику, без которых, к слову, не обходятся и козули, что, однако, вовсе не мешает этим двум видам пряников максимально друг от друга отличаться.

Архангельск щедр и на впечатления. От природы, погоды и образа жизни, предполагающего сосуществование с северными и отнюдь не дружелюбными стихиями. Архангельский контраст: по-южному золотые пляжные пески, омываемые волнами такого глубокого синего цвета, будто небо обрушилось на землю. Кажется, в этой дивной пучине Двины можно мысленно утонуть, просто наблюдая за головокружительным течением с берега. Вдали мелькают легкие парусники и еще кайтсерферы, которые по реке даже не плывут, а взметаются ввысь вслед за разноцветными воздушными змеями. И при виде всего этого мимолетный каприз: достать купальник и позагорать. Да не тут-то было.

Кудесница с птичкой-свистулькой – Оленька. Любимица архангелогородцев и туристов.  Фото автора

Посреди всех стихий Архангельск запоминается и архитектурой. Самое высокое здание города – похожее на карандаш, свечу или шприц. Здание проектных организаций высотой около 80 м по уровню крыши и более 100 м с учетом антенного шпиля. Сейчас там размещаются студии большинства архангельских радиостанций. К этой высотке примыкает не менее интересный Дом книги, частично опирающийся на остроконечные колонны – «курьи ножки» и усеянный по фасаду в шахматном порядке треугольными бесполезными с практической точки зрения балкончиками.

Далее, почти сразу же, в шаговой доступности от этого наследия советского модернизма начинается Чумбаровка – проспект Чумбарова-Лучинского, названный местным «старым Арбатом». Пешеходная улица-музей, собрание уникальных деревянных строений Архангельска: одни дома, обладающие исторической ценностью, сюда были перенесены специально, как, например, Марфин дом, построенный во второй половине XIX века, другие – уже новодел, но не менее самобытный.

Если таких памятников архитектуры мало, то всем желающим погрузиться в историю деревянного зодчества стоит тогда съездить в музей-заповедник русских традиционных строений «Малые Корелы» – именно через «о», на манер поморских говоров. Там можно узнать обо всех особенностях быта в небогатых крестьянских домах или, наоборот, в домах зажиточных семей (например, охотников, которые, ко всему прочему, отпугивали от деревень слишком осмелевших леших), разобраться, как избы топились по-черному, на каких скамьях было положено сидеть дочерям, а на каких – сыновьям, как укачивать младенца в люльке, которую здесь называют «зыбка».

Архангелогородцы не только берегут старые традиции, но и придумывают новые. Одна из них – прийти поздороваться с поселившимися на набережной Двины маленькими бронзовыми кудесниками, которым пока всего несколько лет от роду. Это крылатые хранители символов региона, да и всего Севера. 

Сейчас их шестеро: кудесник с щепной птицей счастья, купец с мешком соли, хранитель алмаза, кудесник-трескоед, хранительница пряника-козули и еще одна кудесница, получившая имя Оленька, – с птичкой-свистулькой. Рядом с ними загадывают желания, натирая до солнечного отблеска кому крылья, кому ботиночки, а зимой им вяжут кофты, шарфы и шапки, чтобы не замерзали.

А неподалеку на набережной есть еще одна точка притяжения, причем на этот раз денежного: сюда лучше всего приходить, имея в кармане бумажную пятисотрублевую купюру с памятником Петру I, потому что именно тут, в Архангельске, всматриваясь в волны Северной Двины, этот узнаваемый всеми Петр и стоит.

Но и на этом чудеса-кудеса не заканчиваются. Все самое необычное в Архангельске происходит ночью. Белой июньской ночью, ставшей полярным днем, когда в полночь, стоя у окна, можно с легкостью разглядывать улицу со всеми ее поворотами, надписи на плакатах, редких куда-то спешащих неспящих пешеходов. Можно, не включая света, читать. И одновременно с этим слушать бесконечным эхом отражающиеся от стен, как будто куда-то зовущие пронзительные крики чаек, встревоженных пронизывающими ветрами. 

Архангельск–Москва