Анатолий Шикман
Бенедикт Сарнов. Сталин и писатели. Книга 3.– М.: Эксмо, 2009. – 992 с.
Известный критик и литературовед Бенедикт Сарнов (р. 1927) продолжает исследовать тему взаимоотношений советских писателей с живым олицетворением Советского государства, о котором ядовито, но точно сострил один из впоследствии уничтоженных партийных деятелей Карл Радек: «С ним трудно полемизировать. Ты ему цитату, а он тебе – ссылку». На этот раз героями книги стали Михаил Шолохов, Борис Пильняк, Евгений Замятин и Андрей Платонов.
Документы и материалы, собранные автором, заставляют задуматься и почувствовать безысходный трагизм не столь уж далекой от нашего времени эпохи. Умение мастерски ставить вопросы и показывать возможное их решение позволяет не только вернуться к версиям об авторстве «Тихого Дона», но и объяснить, почему Сталин пресек все разговоры о плагиате молодого Шолохова. Иногда для введения читателя в круг изучаемой проблемы Сарнову необходимы десятки страниц, а иногда достаточно и двух слов. Вот как убедительно зримо он показал отношение двух писателей ко времени перемен после смерти Сталина, названном Эренбургом «оттепелью», а Шолоховым – «слякотью».
Сарнов рассказывает, как два знаменитых литератора-иностранца побывали в сталинском СССР и написали книги о том, что увидели. Сочинение Лиона Фейхтвангера «Москва. 1937» сразу же издали в Москве. В книге Андре Жида «Возвращение из СССР», вызвавшей взрыв негодования «левых» читателей даже на Западе, наряду с рассказом о многих нелицеприятных фактах был сделан и такой оглушительный вывод: «┘Не думаю, чтобы в какой-либо другой стране, хотя бы и в гитлеровской Германии, сознание было бы так несвободно, было бы более угнетено, более запугано (терроризировано), более порабощено». Этот вывод подтверждает история гибели Пильняка, талантливого писателя, превратившегося в послушного холуя Сталина, но все равно не спасшего свою жизнь.
 Полемика с властью может завести далеко... Н.Е.Сверчков. По Великому Сибирскому пути (В ссылку). 1883. Государственный художественный музей Алтайского края |
Совсем иной была судьба Замятина, полагавшего, что «если писатель должен быть благоразумным, должен быть католически-правоверным┘ не может хлестать всех, как Свифт, не может улыбаться над всем, как Анатоль Франс, – тогда нет литературы бронзовой, а есть только бумажная, газетная, которую читают сегодня и в которую завтра завертывают глиняное мыло┘». Не пожелав отказаться от идей, составляющих сущность его мировоззрения, автор романа «Мы» с помощью Максима Горького получил редчайшую возможность уехать и умереть в Париже своей смертью. Возможные причины этого исключения из правила подробно рассмотрены автором.
Последним сюжетом стал рассказ о взаимоотношении с властью Андрея Платонова, отказавшегося быть «переводчиком готового смысла», оформителем готовых идей и потому приговоренного Сталиным к высшей мере наказания для писателя – невозможности печататься.
Автор на конкретных писательских жизненных судьбах смог сделать понятной суть созданного и умело управляемого Сталиным режима массового психоза, и поныне имеющего приверженцев. Огромная эрудиция и литературное мастерство позволили Бенедикту Сарнову создать еще одну замечательную книгу, у которой (как обещает автор, и ему очень хочется верить) будет продолжение.
