Оппозиция ищет протестный электорат, депутаты отказываются от будущих пенсий

На прошедшей неделе – последней перед региональными выборами – президент РФ завершил серию встреч с руководителями субъектов РФ, которые в этом году участвовали в избирательных кампаниях. Закрыли очередь на беседу с Владимиром Путиным врио губернаторов Амурской, Орловской и Самарской областей Василий Орлов, Андрей Клычков и Дмитрий Азаров.

Разговор с ними был выстроен по-разному. Амурского главу президент сразу же спросил о работе по ликвидации последствий паводков, а уже потом выслушал его просьбы. Публично их было высказано две – помочь из федерального бюджета с ветхим жильем и с авиарейсами в отдаленные населенные пункты региона.

Самый подробный доклад Путину сделал орловский врио. Социальные и экономические проблемы, по словам Клычкова, в области решаются, федеральная поддержка, по сути дела, нужна лишь для решения вопроса о создании свободной экономической зоны. Президент завершил разговор с ним поощрительной фразой: «Вам удалось за это время поставить работу на системную основу».

У Азарова в области свободная экономическая зона уже есть, поэтому его просьба заключалась в том, чтобы Самара стала местом для пилотного применения программы банка БРИКС по комплексному развитию исторических и малых поселений. Путин же поинтересовался, какие решения приняты по полномасштабному использованию инфраструктуры чемпионата мира по футболу.

Парламентская и несистемная оппозиция на минувшей неделе пыталась решить свои политические задачи, лишь отчасти связанные с единым днем голосования этого года. Думские партии, воодушевленные ослаблением позиций «Единой России», не просто усилили агитационную работу на выборах в заксобрания, а явно намерились прибрать к рукам значительную долю протестного электората. Инструментом, как известно, выбраны выступления против пенсионной реформы.

На прошлой неделе выяснилось, что их выгодоприобретателями стали в большей части КПРФ, а в меньшей – ЛДПР. «Справедливая Россия» после кратковременного взлета вновь отступила на пару ступеней ниже. Однако для парламентских сил конкурентом за народное внимание стал Алексей Навальный. Его штабы вели работу по активизации именно протестов, тогда как коммунисты большие силы отвлекли на организацию пенсионного референдума, возможность которого с самого начала была сомнительна.

Навальнисты же на прошедшей неделе, по сути дела, вынудили коллег по несистемной оппозиции поддержать инициативу митингов 9 сентября. Региональным активистам ПАРНАСа, «Яблока», Партии перемен, «Открытой России» дано право присоединяться к Навальному. Рекомендовано лишь, чтобы участие было только в санкционированных акциях и – желательно – после посещения избирательных участков.

Между тем на минувшей неделе стало очевидным, что в некоторых регионах оппозиционно настроенным гражданам в принципе не за кого голосовать. Например, в Ярославской области партсписок и большая часть одномандатников ПАРНАСа были сняты с выборов по жалобам конкурентов с сомнительной правовой основой. Впрочем, Верховный суд уже подтвердил, что юридическая обоснованность в этих решениях есть, оставив в силе постановление ярославских судебных инстанций.

Зато законопроект группы членов Совета Федерации и депутатов Госдумы о возможности парламентариев отказаться от спецпенсий как раз вызвал сомнения в правовой грамотности его составителей. На прошедшей неделе вместе с президентским пакетом по смягчению пенсионной реформы единороссы внесли и эту свою инициативу. Проблемы с ней заключаются в том, что и по ныне действующей редакции закона о статусе депутатская и сенаторские пенсии назначаются по личному заявлению человека.

Причем это происходит тогда, когда по общему законодательству у этого гражданина наступает пенсионный возраст. К тому же парламентарий, как говорится уже в действующем законе, может выбрать различные варианты пенсионного обеспечения. В связи же с появившейся от ЕР инициативой стоит заметить, что большинство ее авторов, которые теоретически теперь должны будут заявить публично об отказе получать спецпенсии, не имеют на них прав ни по своему возрасту, ни по стажу работы в органах законодательной власти.