Геннадий Петров
Ультраправый политик Джордже Симион считает, что не будь внешнего вмешательства, в частности со стороны Франции, он бы стал президентом Румынии. Фото Reuters
Конституционный суд Румынии в среду, 21 мая, зарегистрировал заявление главы ультраправого «Альянса за объединение румын» Джордже Симиона. Он требует отменить результаты президентских выборов по причине, как считает истец, вмешательства в избирательную кампанию из-за рубежа. Согласно официальным итогам голосования, Симион проиграл мэру Бухареста Никушору Дану, либералу по убеждениям. Шансы на то, что иск удовлетворят, малы. А вот вероятность, что Симион попытается организовать уличные акции протеста, напротив, велика. Правда, и в этом случае ультраправые едва ли добьются результата.
Второй тур президентских выборов прошел 18 мая. Согласно окончательному подсчету голосов, Симион набрал порядка 46%, а Дан – порядка 53%. Отношение первого к этому результату менялось. В конце дня 18 мая Симион заявил, что победил. Утром следующего дня он признал свое поражение. И вот два дня спустя Симион обратился в Конституционный суд. Как написал политик в соцсети, отменить выборы он требует «по тем же причинам, по которым были отменены декабрьские выборы: внешнее вмешательство государственных и негосударственных субъектов». В декабре, напомним, тот же Конституционный суд аннулировал итоги голосования, сочтя, что за ультраправого кандидата Кэлина Джорджеску агитировали из-за рубежа, через большое количество фейковых аккаунтов в соцсетях. Позднее против политика завели уголовное дело, с него была взята подписка о невыезде. Это не мешало Джорджеску агитировать за Симиона. Они даже вместе ходили голосовать.
В своих сомнениях в честности победы Дана Симион опирается в том числе на свидетельство сооснователя соцсети Telegram Павла Дурова. Тот в день выборов утверждал, что перед голосованием французские чиновники, в частности, директор внешней разведки Франции Николя Лернер, требовали от него удалить аккаунты, имеющие отношение к румынским ультраправым. Дуров сказал, что готов по этому поводу дать показания в любом суде.
Бывший судья Конституционного суда Августин Зегреан разъяснил в интервью румынским СМИ, что для отмены выборов этого будет недостаточно. Симиону потребуется доказать, что иностранное вмешательство существенным образом отразилось на результатах голосования. Судьи решили, что так было в случае с Джорджеску, строившим свою избирательную кампанию на агитации в соцсетях. Симион и его соратники использовали интернет в агитационных целях менее активно. Во всяком случае, это был их далеко не единственный инструмент борьбы за симпатии избирателей. «Я думаю, что эта история закончится через два-три дня. Я не думаю, что они (команда Симиона. – «НГ») смогут доказать, что, скажем, 800 тыс. голосов были переданы от них другим лицам», – спрогнозировал Зегреан в интервью порталу digi24.
Старший научный сотрудник отдела европейских политических исследований ИМЭМО РАН Екатерина Шумицкая в комментарии «НГ» также крайне скептически оценила шансы Симиона добиться победы в Конституционном суде. «За правых популистов обычно голосуют не более 30% избирателей. То, что за Симиона проголосовало больше – следствие декабрьской отмены первого тура выборов, произошедшей, как считают многие румыны, несправедливо и вне правовых рамок. Часть избирателей проголосовали за него назло, в знак протеста, прекрасно понимая, что у него нет ни команды, ни программы. Теперь Симион использует последний шанс, чтобы повлиять на результаты голосования. Он понимает, что волна, которая вынесла его во второй тур выборов, больше не поднимется», – сказала эксперт.
Симион тем временем уже анонсировал массовые акции. Главные события ожидаются, вероятно, когда результаты выборов будут проходить процедуру утверждения. «Всем румынам: срочно попросите Конституционный суд отменить этот фарс. Мы не сдадимся и не предадим! Это только начало великой победы!» – написал Симион в соцсети. Впрочем, как считает Шумицкая, ультраправой революции в Румынии не получится. «Я не ожидаю, что Симион сможет собрать большие акции протеста. Все, что могло быть, было в январе-феврале. Это был пик митинговой активности ультраправых», – уверена она.
